Для организма не безразлично, из каких антигенов он состоит даже при отсутствии страшных эпидемий. Так, существует какая-то, пока еще необъяснимая связь между антигеном группы А и раком желудка: люди, имеющие этот антиген, намного чаще заболевают раком желудка, но зато люди с антигеном группы 0 чаще страдают язвой желудка. Казалось бы, лучше всего иметь антиген группы В, но кто знает, какие зависимости еще не открыты и будут обнаружены завтра. Анализируя приведенные выше факты, легко видеть, что отбор — оружие обоюдоострое. В постоянной борьбе микробов и макроорганизмов он эффективно используется и теми и другими. Не отдельными особями — особи погибают или не погибают в зависимости от исхода каждой отдельной схватки,— а вида в целом. Чума — страшная болезнь, но в результате ее эпидемий человечество стало более устойчивым к этой болезни. А сейчас? Медицина, в том числе иммунология, в значительной степени ослабила давление естественного отбора на человека. Те болезни, от которых люди тысячами погибали раньше, теперь успешно лечатся или даже предупреждаются (в частности вакцинациями). Хорошо ли это? Для каждого отдельного человека — хорошо. А в целом для вида? Может быть, прекращение (или снижение) действия отбора делает каждое последующее поколение все более уязвимым для тех же болезней? Современная генетика дает ответ на этот вопрос. Остановимся на нем подробнее. Во-первых, еще в 1908 году независимо друг от друга двумя авторами — математиком Г. Харди в Англии и врачом В. Вайнбергом в Германии — установлено, что если в популяции (сообществе одного вида) не происходит отбора по какому-то признаку и не возникают новые мутации генов, контролирующих этот признак, то сколько бы поколений ни прошло, концентрация вредных генов не увеличивается. Значит,, если нет новых мутаций, то и снятие давления отбора вовсе не ведет к автоматическому увеличению концентрации вредных генов. Такое увеличение возможно лишь за счет мутационного процесса. Но каковы темпы последнего в приложении к человеку? Смена поколений у человека происходит в среднем через 25 лет. Частота мутирования одного гена — 1 • 10~6. Концентрация известных вредных вариантов одного гена составляет в современной человеческой популяции в среднем 1 на 102. Несложный расчет показывает, что из-за возникновения новых мутаций доля вредных генов увеличивается в два раза через 25 ООО лет.